О книге Макса Ройза «Гаврилыч»

Прочитала я книгу Макса Ройза «Гаврилыч» — об Иване Гавриловиче Коваленко — месяца два назад. Сегодня дай, думаю, освежу память, чтобы написать о ней. Открыла на первой странице — и не заметила, как дочитала до середины книги.

Обложка книги Макса Ройза "Гаврилыч"

Ну до чего же легко читать! И смеёшься, и удивляешься. Как с мудрым и добрым человеком беседуешь. Потому что книга так и построена: монолог героя. Он говорит, а писатель его слушает, записывает. На диктофон, скорее всего. Потому что вот так, целую книгу записать в блокнот, это сколько же надо времени, если, во-первых, бормотать: «Щас, подождите, не успеваю за вами» — и останавливать, перебивать пыл рассказчика. А во-вторых, потом расшифровывать свои каракули.

Правда, и расшифровку с диктофона делать несладко, знаю по себе. Но если вот такой собеседник, как Иван Гаврилович Коваленко, то расшифровка для писателя, наверно, не очень тягостна. Думаю, что Максу Ройзу было в удовольствие заново услышать, как Гаврилыч говорил и что он говорил.

Может быть, закончить это вступление да перейти к делу? Отнюдь! (Как говорил мой старший сынок, будучи ещё малышом: очень ему нравилось это словечко.) Пусть вся моя эта статья будет вступлением. Ни к чему. Просто вступлением. Потому что пересказывать книгу нет смысла, а рассказать так, как это сделал сам герой книги, невозможно.

Об авторе книги вот ещё что скажу: он молодец, он нашёл настоящего героя!

На Камчатке в 1950–1990-х годах кто только не знал Иван-Гаврилыча! Прекрасно знали и уважали рыбаки и рыбообработчики; жители корякских посёлков и Петропавловска-Камчатского; руководители партийных и исполнительных комитетов — Камчатского областного, Корякского окружного, всех районных. Да вся Камчатка его отлично знала. Не просто потому, что он был руководителем рыбокомбинатов, Камчатского межколхозного производственного объединения, председателем исполкомов, в том числе Петропавловского городского (по-нынешнему, был мэром города). А потому что это был ещё и яркий, необычный человек. Знала его и Москва…

Я читала и прямо не верила, что за всё его «самовольство» он не был исключён, снят, отстранён, осуждён и посажен… Что считал нужным, и разумным, и целесообразным, и справедливым, то и делал! Для людей, конечно. Для своих сотрудников, для камчадалов.

Сколько было всякой ерундистики от решений партийного руководства да исполнительных властей наших советских — кто ж теперь это не осознаёт. А Иван Гаврилович Коваленко и тогда осознавал. Издавал приказы — вопреки «мудрым» решениям областной власти и даже постановлениям Совета Министров СССР.

Например: взял да и сделал работникам местной промышленности Корякского автономного округа северный коэффициент 1,8. Не положено было! Только 1,6! Совмин постановил! Как он посмел и т. д., и т. п. А вот посмел. И не просто смело написал приказ по управлению и потом смело положил его под сукно. А выполнял. И отстоял свою правоту перед государственными властями.

М-да… И вовсе без хвастовства он это рассказывал писателю.

Решения И. Г. Коваленко, шокировавшие других людей, ему самому казались логичными, да таковыми и были. Может, кто-то и считал, что мог бы так же поступить, будучи на месте Коваленко. Да ты сначала добейся этого места — в сердцах людей, которые за тобой как за каменной стеной, а значит, и горой встанут на защиту, и поддержат твоё решение, твою идею. Так было и со сбором в мешки корфского угля, выброшенного на берег штормом, и с организацией засолки сельди, чтобы олюторские жители могли круглый год иметь заработок, а не жить от одной лососёвой путины до другой, и…

Нет, не буду пересказывать! (Отнюдь!) Мне ещё надо уточнить, как Гаврилыч это всё излагал автору книги.

Но вот написала слово «автору», а ведь не верится, что это автор книги, Макс Ройз, всё обработал. Настолько ясно слышишь интонацию самого Коваленко! В том, что мне не верится, — несомненно, искусство писателя, который не напустил отсебятины (хотя иногда, правда, чувствуется «литературная обработка»). И шутка Гаврилыча, и «крепкое словцо», о котором было предупреждено ещё в предисловии, и жёсткость в осуждении глупостей властей, и боль такая за Камчатку свою родную.

Сейчас же [в 2000 году], едрёна кошка, дебильным квоты на вылов рыбы выдают. А нам, коренным камчадалам, которые жизнь здесь прожили и подыхать здесь же будут, не могут дать квоты даже на две-три тонны.

Квоты же в Москве начинают делить. А на хрена мы все Москве нужны? Мы ведь ей уже давно не нужны — со всеми нашими болячками, бедами и головной болью.

А почему вы думаете, что нам Москва нужна? Почему? Товарищи камчадалы, приморцы, хабаровчане, северокавказцы, почему вы думаете, что нам нужна Москва?

Вот давайте разберёмся.

В первую очередь, надо уважать Камчатку, Приморье и другие регионы. Грабительские методы ни к чему хорошему не приведут…

Лучше нам этой темы не касаться. Я всегда был битым по этому вопросу, а выходил победителем.

Пришла мысль, что именно такой в основном и будет когда-нибудь литература. То есть будут герои — живые, с не выдуманными писателями событиями и гражданскими подвигами. В центре художественных произведений будут не «собирательные образы», а конкретные, реально красивые люди. Это будет не фантастика, фэнтези, мистика, над которыми бедные литераторы мучаются, выстраивая сюжет и беспокоясь о «логичности поведения героя». Ведь если врёшь, то где-то и проколешься, а с таким, живым персонажем никуда не скатишься… Он последовательный, при этом не мямлит, не мечется. Он дерзкий и умный.

Если честно, то никакой демократии в России нет. Я вам это могу доказать с любой трибуны. Это не демократия — это липа.

Свободу слова нельзя путать с сенсацией и подлостью. У нас же в каждой третьей-четвёртой газетной статье — всё с ног на голову поставлено. А по телевидению, бля, девять из десяти.

Вот по «Курску», не буду вдаваться в подробности, но мне хорошо известно, что с этой подводной лодкой произошло. И не хер здесь заглаживать углы. Разбили её — и всё.

<…>

Но я хочу сказать другое. Я хочу о людях сказать. На протяжении целого месяца мусолили историю с «Курском», уничтожая души родственников погибших моряков.

Это же всё равно, что целый месяц гроб стоит в вашей квартире. За это, на хер, стрелять надо тех, кто организовал такие передачи. Ведь всё равно правды, что произошло, никто не скажет.

Эх, думаю, мне бы такого героя! Эх, глупая, отвечаю себе, да вспомни! Что, не было в твоей жизни людей — действительно героев твоего времени?

Конечно, были! Первый, о ком тут же подумалось: Иван Петрович Олейников, уважаемый наш директор школы, с которым мы, одиннадцатиклассники петропавловской школы номер семь, прожили лучший год своей юности.

Только не расскажет он уже ничего перед микрофоном. Нет его в живых.

Да, думаю, надо писателям нашим забросить свои фэнтези да бежать к реальным людям — к будущим персонажам будущих замечательных книг.

К кому?

Например, к Иде Антоновне Платоновой, Леониду Павловичу Лельчуку, Борису Петровичу Синченко, Вадиму Владимировичу Санакоеву, Евгению Ивановичу Морозову, Владимиру Афанасьевичу Бирюкову, Виктору Петровичу Потапенко, Вадиму Валентиновичу Боолю, Марии Никифоровне Чечулиной, Аскару Геннадьевичу Зиганшину

Книга Макса Ройза «Гаврилыч» выпущена в литературном сериале «Камчадалы» (М.: Глосса, 2001. — 208 с.). К сожалению, другие книги этого сериала мне не попадались. А была бы рада увидеть их, и особенно те, в которых главным героем окажется кто-либо из моих старых знакомых.

Что сказать об этой книге, кроме банального: читайте! Ещё скажу — смотрите! Открывается книга дружеским шаржем на автора книги Макса Ройза, выполненным камчатским художником Анатолием Винокуровым. В книге есть фотографии И. Г. Коваленко, его семьи и тех, кто с ним работал.

В общем, читайте и смотрите. А молодёжь — ещё и узнавайте, а старики — ещё и вспоминайте, какою была Камчатка в прошлом столетии.

Ведь Иван Гаврилович Коваленко живёт на Камчатке уже 60 лет, был свидетелем многих событий, о которых сейчас уже и забылось, и работал с теми, кто, возможно, вам хорошо знаком и дорог.

Вот о Георгии Германовиче Поротове, с которым И. Г. Коваленко познакомился, когда был председателем Тигильского райисполкома:

А однажды поздней осенью оказались мы с Гошей на реке Карага. Было уже достаточно холодно: по берегу — прочная кромка льда, а по самой реке шуга идёт.

Вдруг вижу: коряк собирается реку переходить, шестом брод ищет.

— Ты что делаешь? — спрашиваю.

— Однако, так короце бутет, — отвечает он.

— Нельзя, — говорю. — Видишь, лёд по реке идёт, — и пытаюсь остановить его.

— Не месай, — он оттолкнул меня в сторону и зашел в воду, крича, как чайка.

Я посмотрел на Гошу. Он стоял в стороне, широко улыбаясь. По его спокойствию нетрудно было понять, что он полностью на стороне коряка.

Когда мы вернулись домой, Гоша объяснил мне, что коряк таким образом хотел обмануть Кутха: пусть думает, что это не Кешка идёт, а чайка.

Так началось моё знакомство с корякскими и ительменскими сказками, которые собирал Гоша.

И напоследок — одна из многочисленных шуток И. Г. Коваленко, разбросанных по книге:

Тогда же [когда и Кашпировский] по телевизору выступал ещё один кудесник, Чумак. Он заряжал в вашем доме воду и другие фокусы проделывал.

Но он ведь секрета своего не раскрыл, я его только недавно понял: есть у меня где-то в погребе бутылка, заряженная Чумаком.

Знать бы мне тогда этот секрет, я бы все фляги в городе скупил и обязательно настоял бы с этим Чумаком.

Если у вас есть вода, заряженная этим Чумаком, я вам сейчас же открою секрет увеличения эффекта действия в сто пятьдесят раз. Знаете, что нужно сделать? Добавить немного сахара и дрожжей. Отличная водичка получится.

P. S. Не хотелось капать дёгтем, но всё же решила написать. У книги «Гаврилыч» плохо проведена корректура. А пишу об этом исключительно потому, что просто обидно за автора и за его героя. Уж такие слова, как «рабонасос» и «Пинистерство», читать просто неприятно. (Для тех, кто никогда не встречался с этими опечатками, перевожу: «рыбонасос» и «Министерство».)

Краткая биография И. Г. Коваленко

Коваленко Иван Гаврилович (р. 17.10.1927), почётный гражданин города Петропавловска-Камчатского (2002), почётный работник рыбного хозяйства России, председатель Совета старейшин Петропавловска-Камчатского.

На Камчатке живёт с 1949 года.

Проработал в рыбной промышленности более 50 лет, сначала на камчатском побережье, затем в Петропавловске-Камчатском. В 1961–1968 годах был начальником управления предприятий местной промышленности Камчатского облисполкома, в 1968–1973 годах — председателем Петропавловского горисполкома, в 1974–1991 годах — председателем правления Камчатского облрыбакколхозсоюза (с 1978 года — Камчатское межколхозное производственное объединение — КМПО; сейчас ОАО «Акрос»).

Кавалер ордена Ленина, многих других правительственных наград.

Составил камчатский краевед А. П. Пирагис.

Комментарии 5 комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *