О переизданной книге С. П. Крашенинникова “Описание земли Камчатки” (Эксмо, 2010)
В 2010 году издательство "Эксмо" в серии "Великие путешествия" переиздало научный труд Степана Петровича Крашенинникова "Описание земли Камчатки".
Естественно, книга вызвала интерес, и прежде всего возник вопрос: по какому изданию перепечатан труд С. П. Крашенинникова? По первому, выпущенному в 1755 году (читать которое нам трудновато из-за устаревших оборотов речи и букв "ять", "фита", "i"), или по изданию 1949 года (в котором уже нет указанных букв; содержится значительно больше текста, так как восстановлены места, вырезанные цензурой середины XVIII века; имеется приложение, в котором опубликованы и другие работы Крашенинникова; имеются комментарии учёных)?
Оказалось, что в книге С. П. Крашенинникова "Описание земли Камчатки", выпущенной издательством "Эксмо" в 2010 году, источник перепечатки не указан ни в выходных сведениях (хотя Государственный стандарт и требует), ни в аннотации к книге, ни во вступительной редакционной статье.
Почему эта информация скрыта? С этим недоумением сняла с полки двухтомник "Описание земли Камчатки" — выпущенное в 1994 году репринтное воспроизведение книги 1755 года. И сверила заголовки. В новой книге "лишних" заголовков (то есть заголовков других работ С. П. Крашенинникова, которые опубликованы в издании 1949 года приложением) — нет. Значит, источником перепечатки было издание 1755 года? Но в тексте нет упразднённых в 1918 году букв… Значит, всё же печатается по изданию 1949 года? Ведь и примечания есть, только помещены они не отдельным блоком, а внизу страниц. Или же редакция взяла за источник издание 1755 года, "перевела" его на современный язык и добавила новые примечания?..
Помилуйте, зачем заставлять читателя ломать голову над установлением источника перепечатки!
Конечно, можно "списать" на незнание издательскими работниками стандартов по издательскому делу или на какую-то недоделку-нестыковку (проколов у кого не бывает!). Но скрыт не только источник перепечатки. Читаю статью "От редакции", в которой, после перечисления и краткой характеристики изданий-переизданий в разные годы труда С. П. Крашенинникова, наконец что-то сказано и о настоящем издании:
Все примечания к тексту даны в виде постраничных сносок и касаются: современных естественнонаучных, лингвистических, а также исторических и этнографических сведений, подтверждающих или опровергающих выводы С. П. Крашенинникова; новых номенклатурных названий животных и растений; соответствия топонимов XVIII в. и современных географических названий; объяснений устаревших слов.
Можно себе представить, сколько людей было привлечено к составлению этих примечаний! Однако фамилии учёных — авторов примечаний и время создания последних почему-то в книге не указаны. Неизвестно также, включены ли в эту книгу те комментарии (или хотя бы их часть), которые имеются в издании 1949 года.
На последней странице книги — фраза:
Научно-популярное издание.
Это озадачило. Научный труд, самая первая в России монография — и в таком формате?! Но вот читаю в редакционной статье:
Настоящее издание в первую очередь ставит перед собой цели познавательно-развлекательные.
Теперь понятно, почему в аннотации назвали научный труд С. П. Крашенинникова "первым международным бестселлером": выражение-то рекламное, беспроигрышное. Понятно, почему включили этот труд в серию "Великие путешествия": она наверняка хорошо продаётся (кстати, кто составитель этой серии, в каком году она основана, кто её ответственный редактор — тоже под покровом неизвестности). И понятно, почему добавили в книгу огромное количество иллюстраций, которых не было в предыдущих изданиях книги С. П. Крашенинникова "Описание земли Камчатки": карты и гравюры из книг других авторов, современные рисунки животных, красочные фотографии.
Возможно, добавление новых иллюстраций к тем, которые были в предыдущих изданиях, сделано и из лучших побуждений: чтобы читатели "не только прочитали, но и увидели описываемое путешествие". Но что в итоге получилось? Крашенинникова разбавили, разукрасили и сделали из его огромного, заслуженного своею тщательностью, полнотой и серьёзностью проведённых исследований труда — развлекаловку.
Да, надо направлять молодое поколение на чтение не только эсэмэсок, надо воспитывать на историческом прошлом, надо распространять знания, популяризировать научные достижения. Но в данном случае обилие вставленных в текст С. П. Крашенинникова чужих иллюстраций даёт прямо противоположный эффект. Эти иллюстрации, размещённые где попало, не имеющие соответствующих пояснений, искажают представление о той земле Камчатке, какую описывал С. П. Крашенинников!
Так, в главе "О мужской и женской работе" помещён рисунок "Тунгусские тарбасы, кошелек для табака и дощечка-счеты", а в главе "О погребении умерших" — "Рисунок старика-эвенка, изображающий отдельные моменты камлания над больным". С какой стати здесь эти иллюстрации? Знает ли редакция книги, что на Камчатке эвенки (тунгусы) не живут?
Вставленные в книгу фотографии, рисунки других времён и эпох запутывают читателя окончательно. Вот стоит гравюра, подписанная: "Гробница капитана Кларка в Петропавловске". Ни автор не указан, ни, главное, год. Для тех, кто знает, что Чарлз Кларк умер и похоронен в Петропавловске в 1779 году, понятно: не было его могилы в Петропавловске во время пребывания там Крашенинникова. Но для неискушённого читателя эта гравюра воспринимается как "современная" Крашенинникову.
В главе "О камчатских народах" поставлен рисунок с подписью: "Айн с острова Езо". Читатель вправе спросить: а кто такие айны? Крашенинников слово "айны" не употребляет; он пишет: "курильцы". Об острове Езо в тексте этой главы — тоже нет. Однако примечаний к слову "айн" и к названию острова здесь не дано. Читатель, не знающий, что этот остров — вообще не камчатский, — так и воспримет: на Камчатке есть (или был, так как дата рисунка не указана) остров Езо, населённый некими айнами. Вот какое "знание" несёт всего лишь один бездумно впихнутый в середину текста Крашенинникова рисунок.
Эту же главу — о народах! — "украшают" два рисунка растений.
Чужеродны тексту Крашенинникова портрет Джеймса Кука и карта плавания экспедиции Кука в Беринговом море, помещённые в главе "О происхождении названия камчадал…". Никакого отношения Кук не имел ни к происхождению камчадалов, ни к описываемому Крашенинниковым времени.
Помимо чёрно-белых снимков, есть и вкладки с цветными. И та же история: некоторые фотографии играют чисто декоративную роль. Например, "Долина гейзеров на Камчатке". Зачем она здесь, кроме как для украшения? Год съёмки — не указан, а ведь это важно: до селя 2007 года или же после него, когда ландшафт Долины гейзеров претерпел значительные изменения.
В аннотации гордо написано:
Книга… необычайно богато иллюстрирована старинными картинами, гравюрами, рисунками и картами.
Но "благодаря" интенсивному иллюстрированию всё в этой книге смешалось: люди, эпохи, темы. Часть вставленных иллюстраций запутывает читателя, часть — балласт, не имеющий отношения к теме определённой главы, а то и к книге. (Выше я привела несколько примеров, а их можно приводить и приводить.) Ну и о каком познавательном значении этого переиздания можно говорить?
Ошибки в подписях к иллюстрациям и в подстрочных примечаниях добавляют сомнений в истинной познавательности. К той же цветной фотографии с изображением Долины гейзеров дана фраза:
Крашенинников насчитывал на Камчатке 6 горячих источников, теперь же их насчитывается около 60.
Во-первых, С. П. Крашенинников описал 6 не источников, а групп источников (смотрите главу "О горячих ключах"). Во-вторых, в одной только долине реки Налычевой насчитывается горячих и минеральных источников более 200 (эту информацию я взяла из альбома В. Зыкова и А. Петрова "Камчатский природный парк «Налычево»"), как же можно говорить всего лишь о 60 источниках — на всей Камчатке?! В-третьих, похожая информация дана в другом месте книги, в одном из примечаний, и там как раз говорится не об источниках, а об их группах (6 групп описал Крашенинников, 60 групп насчитано сейчас). То есть налицо разночтение. После этого как можно верить хоть каким-то цифрам в примечаниях?
Примечания… Есть ли в них фактические ошибки, помимо вышеприведённой, могут сказать конкретные специалисты: биологи, этнографы, географы, геологи, археологи, историки и другие. Но бессмыслицу заметит любой читатель. Например:
…Возраст ранних памятников ительменской культуры оценивается в 5200 лет, следовательно, они появились на полуострове не позднее 3000 тысячелетия до н. э.
Я не опечаталась: "3000 тысячелетия".
Вообще в книге с цифрами беда.
Читаем вступительную статью "От редакции":
…Книга… в следующие [после первого издания в 1755 году] 25 лет была переведена на 4 иностранных языка и 6 раз издана.
И читаем аннотацию:
Почти немедленно после выхода из печати (1755) книга была переведена на главные европейские языки: французский (1760), английский (1764), немецкий (1766), голландский (1770).
Путём сравнения этих цитат делаем вывод, что книга на четырёх иностранных языках вышла в течение не 25 лет, а 15; издана не 6 раз, а 5. (Возможно, шестое издание в XVIII веке и было, но информация о нём в данной книге отсутствует.)
В статье "От редакции" есть ошибка, которая заставила усомниться в том, что редакция знает, в какое время жил и творил автор книги — С. П. Крашенинников:
И по прошествии четверти века "Описание земли Камчатки" — это бесценное достояние географической и исторической науки — все еще вызывает интерес у любознательного читателя…
Сейчас 2011 год, начало XXI века (извините за подробности), а труд свой С. П. Крашенинников издал в 1755 году, в середине XVIII века. Прошло почти 250 лет — четверть тысячелетия, а не века!
Попробовала я ответить на вопрос: а для какой аудитории сделано это познавательно-развлекательное переиздание научного труда? Судя по обилию иллюстраций, нужных и ненужных, книга — для тех, кто любит смотреть "картинки", не вчитываясь в текст. Судя по вполне "взрослым" примечаниям (с латынью в названиях растений и животных, с химическим составом и температурой минеральных источников, с историческими справками), — для более серьёзных читателей. Судя по фразе: "…Нам казалось важным облегчить любознательному читателю знакомство с этим выдающимся произведением русской научной мысли", — для молодых. Судя по продолжению этой фразы: "С этой целью… текст дан… в новой орфографии по правилам 1918 г.", — для тех, кто в курсе орфографической реформы указанного года.
Удивительная логика: облегчать — и одновременно запутывать; делать упор на недалёкого читателя, которому научное издание предлагается как развлекательное чтиво, — и одновременно считать, что читатель достаточно образован. Каша какая-то, извините.
И последнее. Начинается статья "От редакции" словами:
Труд виднейшего после М. Ломоносова русского академика Семена Петровича Крашенинникова…
Степан Крашенинников в первой же фразе книги назван Семёном! И этим всё сказано. Об отношении к труду учёного и к самому учёному. И об отношении столичного издательства к какой-то там замкадовской Камчатке.
“Специалисты” эколого-паразитического отдела Кроноцкого заповедника пошли еще дальше – в тексте экскурсии, подготовленной для гидов-проводников, Крашенинникова вообще назвали… Семеном Павловичем. Хорошо хоть не Семеном Семеновичем, по аналогии с героем незабвенного фильма “Бриллиантовая рука”. Я от души поиздевался над этим фактом в свое время kamtime.ru/node/1528 Увы, и после этого в уже “отредактированной” версии имя-отчество таки сохранилось… После чего разъяренный зам. директора по науке выстроил барышень и заставил их несколько раз вслух повторить: “Степан Петрович!”, пока не запомнили. :)
Спасибо, Владимир.
Я прочитала то, что Вы об этом написали в газете. Жаль, что опубликовано в рубрике “Слухи”, а потому не названы конкретные “первооткрыватели” нашей истории.
Невежественные просветители, экскурсоводы, составители сборников, ответственные за выпуск книг, брошюр-руководств — это ли не печально…
Уважаемая Раиса Аркадьевна.
Я удивлен, что ваша реакция на издание неофитами от московитов книги Крашенинникова была не столь острой. Как биолог и краевед в комментариях и иллюстрациях нашел еще тьму нелепостей. Например “оленьи коряки”. “150 тыс. особей” (волков), да еще двух подвидов, это же жуть кромешная!!!
А уж отзыв о книге Стеллера и о книге Крашенинникова, как “образчике русской научной мысли”, это уже просто за пределами приличного тона.
С уважением, Никаноров А.П.
Уважаемый Александр Петрович, Ваше мнение как профессионала очень важно, спасибо, что высказали его без обиняков. Правда, не совсем поняла последнюю фразу, извините (адресат Вашего возмущения в этой фразе можно понять двояко).